Кинжал

      Лемносский бог тебя сковал

      Для рук бессмертной Немезиды,

Свободы тайный страж, карающий кинжал,

Последний судия Позора и Обиды.

Где Зевса гром молчит, где дремлет меч Закона,

   Свершитель ты проклятий и надежд,

      Ты кроешься под сенью трона,

      Под блеском праздничных одежд.

   Как адский луч, как молния богов,

Немое лезвие злодею в очи блещет,

      И, озираясь, он трепещет,

         Среди своих пиров.

Везде его найдет удар нежданный твой:

На суше, на морях, во храме, под шатрами,

      За потаенными замками,

      На ложе сна, в семье родной.

Шумит под Кесарем заветный Рубикон,

Державный Рим упал, главой поник Закон;

      Но Брут восстал вольнолюбивый:

Ты Кесаря сразил - и, мертв, объемлет он

      Помпея мрамор горделивый.

Исчадье мятежей подъемлет злобный крик:

      Презренный, мрачный и кровавый,

      Над трупом Вольности безглавой

      Палач уродливый возник.

Апостол гибели, усталому Аиду

      Перстом он жертвы назначал,

      Но вышний суд ему послал

      Тебя и деву Эвмениду.

О юный праведник, избранник роковой,

      О Занд, твой век угас на плахе;

      Но добродетели святой

      Остался глас в казненном прахе.

В твоей Германии ты вечной тенью стал,

      Грозя бедой преступной силе -

      И на торжественной могиле

      Горит без надписи кинжал.

1821

Русские поэты. Антология русской поэзии в 6-ти т.

Москва: Детская литература, 1996.

Земля и море

   Идиллия Мосха

Когда по синеве морей

Зефир скользит и тихо веет

В ветрила гордых кораблей

И челны на волнах лелеет;

Забот и дум слагая груз,

Тогда ленюсь я веселее —

И забываю песни муз:

Мне моря сладкий шум милее.

Когда же волны по брегам

Ревут, кипят и пеной плещут,

И гром гремит по небесам,

И молнии во мраке блещут,—

Я удаляюсь от морей

В гостеприимные дубровы;

Земля мне кажется верней,

И жалок мне рыбак суровый:

Живет на утлом он челне,

Игралище слепой пучины,

А я в надежной тишине

Внимаю шум ручья долины.

1821

А.С. Пушкин. Сочинения в трех томах.

Санкт-Петербург: Золотой век, Диамант, 1997.

Дружба

Что дружба? Легкий пыл похмелья,

Обиды вольный разговор,

Обмен тщеславия, безделья

Иль покровительства позор.

1821

А.С. Пушкин. Сочинения в трех томах.

Санкт-Петербург: Золотой век, Диамант, 1997.

Десятая заповедь

Добра чужого не желать

Ты, Боже, мне повелеваешь;

Но меру сил моих ты знаешь -

Мне ль нежным чувством управлять?

Обидеть друга не желаю,

И не хочу его села,

Не нужно мне его вола,

На всё спокойно я взираю:

Ни дом его, ни скот, ни раб,

Не лестна мне вся благостыня.

Но ежели его рабыня

Прелестна... Господи! я слаб!

И ежели его подруга

Мила, как ангел во плоти,-

О Боже праведный! прости

Мне зависть ко блаженству друга.

Кто сердцем мог повелевать?

Кто раб усилий бесполезных?

Как можно не любить любезных?

Как райских благ не пожелать?

Смотрю, томлюся и вздыхаю,

Но строгий долг умею чтить,

Страшусь желаньям сердца льстить,

Молчу... и втайне я страдаю.

1821

А.С. Пушкин. Сочинения в трех томах.

Санкт-Петербург: Золотой век, Диамант, 1997.

Денису Давыдову

Певец-гусар, ты пел биваки,

Раздолье ухарских пиров

И грозную потеху драки,

И завитки своих усов.

С веселых струн во дни покоя

Походную сдувая пыль,

Ты славил, лиру перестроя,

Любовь и мирную бутыль.

         ______

Я слушаю тебя и сердцем молодею.

Мне сладок жар твоих речей,

Печальный, снова пламенею

Воспоминаньем прежних дней.

         ______

Я всё люблю язык страстей,

Его пленительные звуки

Приятны мне, как глас друзей

Во дни печальные разлуки.

1821

А.С. Пушкин. Сочинения в трех томах.

Санкт-Петербург: Золотой век, Диамант, 1997.

Движение

Движенья нет, сказал мудрец брадатый1.

Другой2 смолчал и стал пред ним ходить.

Сильнее бы не мог он возразить;

Хвалили все ответ замысловатый.

Но, господа, забавный случай сей

Другой пример на память мне приводит:

Ведь каждый день пред нами солнце ходит,

Однако ж прав упрямый Галилей.

1821

Примечания:

1. Мудрец брадатый — Греческий философ Зенон. Обратно

2. Другой мудрец — Диоген. Обратно

А.С. Пушкин. Сочинения в трех томах.

Санкт-Петербург: Золотой век, Диамант, 1997.

Редеет облаков летучая гряда...

Редеет облаков летучая гряда.

Звезда печальная, вечерняя звезда!

Твой луч осеребрил увядшие равнины,

И дремлющий залив, и черных скал вершины.

Люблю твой слабый свет в небесной вышине;

Он думы разбудил, уснувшие во мне:

Я помню твой восход, знакомое светило,

Над мирною страной, где все для сердца мило,

Где стройны тополы в долинах вознеслись,

Где дремлет нежный мирт и темный кипарис,

И сладостно шумят полуденные волны.

Там некогда в горах, сердечной думы полный,

Над морем я влачил задумчивую лень,

Когда на хижины сходила ночи тень -

И дева юная во мгле тебя искала

И именем своим подругам называла.

1820

Русские поэты. Антология русской поэзии в 6-ти т.

Москва: Детская литература, 1996.